Последняя из Глушкиных

Импульсом для встречи послужил тот факт, что Ирина Борисовна посещает интеграционные языковые курсы. Прежде их давали только тем, кто был в распоряжении рынка труда, а сейчас правительство поняло, что тот, кто не владеет немецким хотя бы немного, не может чувствовать себя комфортно. И у страны с такими эмигрантами не счесть проблем. Так что ничего удивительного, что те Контингентфлюхтлинги, которым курсы ранее не полагались, теперь их посещают. Удивительно другое: Ирина Борисовна - рекордсменка среди слушателей курсов, которые она посещает в оберхаузеновской SIS-Schulungsgeseltschaft: ей 82-й год.

 

фрау Глушкина

Мы начинаем беседу, и постепенно становится ясно, почему, несмотря на солидный возраст и нездоровье, фрау Глушкина садится два раза в неделю за школьную парту. Всё дело в характере - судьба выковала его неслабым. Впрочем, её судьба характерна для всего еврейского населения СССР.

Она родилась в том году, когда умер Ленин. Мать была из интеллигентной патриархальной еврейской семьи киевского предпринимателя, которого в революцию убили большевики. Дети же его разлетелись по Украине. Её мать оказалась под Полтавой, где и познакомилась с будущим мужем, Борисом Глушкиным. Он был из семьи, связанной с землёй, - были и крестьяне среди евреев. Они поженились, родились дети. Росли Ирина со старшим братом Абрамом, как все советские дети той поры. А учились «не как все» - школу оба окончили с отличием. Брат поступил на философский факультет. Его, как и других ленинградских студентов, призвали в финскую кампанию. Демобилизоваться он не успел: началась следующая война.

С фронта Абрам не вернулся, а семью, между прочим, спас. Многие евреи и не думали эвакуироваться, сталинская пропаганда умалчивала о том, как союзница и подруга - гитлеровская Германия - обходится с евреями у себя в стране и на оккупированных территориях. Кроме того, киевские евреи помнили немецкую оккупацию 1918 года, когда у интеллигентных офицеров из страны Шиллера и Гёте манеры были несравнимо лучше, чем у комиссаров в кожанках, сбрасывающих с пьедесталов бюсты Лермонтова и Достоевского. Известны случаи, когда евреи, ненавидящие большевиков за их зверства и своё национализированное богатство, встречали хлебом-солью своих будущих убийц из вермахта и СС.

Так вот, в последнем, полученном ими с фронта письме-треугольнике Абрам написал: «Мама, бери Иру и уезжай, иначе вас ждёт смерть. Немцы убивают евреев». Он в первые же дни понял, что ожидает еврейское население. Уже в ночь на 5-е июля они эвакуировались из Бердичева, где тогда жили, на открытой железнодорожной платформе. О судьбе не поверивших письму и небежавших узнали только после возвращения.

Там, в Бердичеве, осталось много родственников, они все погибли. Подробности рассказала бывшая соседка Сивохина. Евреев согнали в гетто. Их использовали на непосильных дорожных работах, при этом совершенно не кормили. Люди гибли, как мухи. Стало ясно, что выжить никому не удастся. Тётя Муся умолила соседей укрыть хотя бы Верочку, её дочь. Ей было Шлет, она была блондинкой, и это давало шанс на спасение. Соседи действительно взяли её к себе. Но потом, когда родители Верочки погибли, отказались её прятать. Кто возьмётся их за это осудить? Ведь, спасая чужую жизнь, они рисковали своими. Не всем дано было стать героями, будущими праведниками народов мира.

Верочку поймали. Её отправили в солдатский бордель. Верочка - пианистка, умница, красавица, девственница - должна была доставлять постельные утехи убийцам своих родителей. Верочка. Вероч... Обстоятельства её гибели остались неизвестными.

Ирина же с матерью оказались в Бухаре. Мать, которая после смерти мужа (1928 г., крупозное воспаление лёгких) смогла выжить и прокормить детей только благодаря тому, что играла на пианино, стала и здесь трудиться музыкальным работником в детском саду. И Ирина там же работала воспитательницей. Так и пережили войну со всеми её невзгодами и похоронками.

Абрам погиб в 1941-м, а извещение о его гибели пришло в 45-м. Впрочем, это была не единственная жизнь в их семье, положенная на алтарь победы. Среди полтавской родни отца все мужчины, её дядья и двоюродные братья, ушли на фронт. И все погибли. Все!!! Не осталось в их семье ни одного мужчины, носящего фамилию Глушкин. Выкосила война всех Глушкиных. Исчезла фамилия, прекратились в середине 20-го века Глушкины.

После войны вернулись с матерью в разрушенный Киев. Ирина закончила университет. Её специальностью стала русская и украинская филология. Стала работать корректором, а затем литературным редактором в издательстве «Радяньский письменник». Была здесь единственной еврейкой. Пережила эпоху борьбы с космополитизмом, убийство Михоэлса, расстрелы еврейских писателей, дело врачей. Всю её жизнь слово «сионист» было ругательным.



 
-.png

Main Menu
Aktuell
Wissen
Web
Kontakt
Evangeliumskirche Glaubensgeneration in Mission Gottesreich "Eine umfassende Übersicht über die Evangelikale Szene in Deutschland. Uneingeschränkt empfehlenswert!"

Image

Wir wehren uns gegen Judenmission

 

     
Juden & Jesus
                  
                                        
Antizionismus


Zionismus


© September 2017 Maschiach.de // Roman Gorbachov // Blog // Umsetzung // Datenschutzerklärung // Impressum