Дверь тюрьмы

Эта рубрика предполагает публикацию рассказов о тех, кто живёт с нами рядом. Но есть одна дверь, в которую мы никогда не стучим. Её порог мы, к счастью, никогда, не переступаем. Это дверь тюрьмы.
Я давно хотел посмотреть, как живут немецкие заключённые. Всё думал воспользоваться своим журналистским удостоверением, да руки не доходили. Но недавно познакомился с бывшим начальником тюрьмы, Винфридом Бехером (Winfried Becher).
- А не покажешь мне твоё бывшее хозяйство? - спросил я.
- Сделаю, - ответил он.

ДВЕРНОЙ ГЛАЗОК

В Германии каждые 5 секунд происходит одно преступление (6,6 млн в год). Это официальная статистика, на самом деле их в 10 раз больше. Северный Рейн-Вестфалия по уровню преступности занимает 9-е место среди земель. Лучший же показатель у Баварии и в Баден-Вюртемберге. Здесь и лучшая раскрываемость преступлений (65,2%), в нашей земле -49,1%

И вот мы подходим к оберхаузенской тюрьме. Она расположена неподалёку от вокзала, рядом с судом. С улицы и не понять, что решётки на окнах предохраняют не от того, чтобы внутрь злоумышленники не забрались, а, наоборот, чтобы наружу не выбрались. Цветочки на подоконниках довершают маскировку.
Построено здание в 1905 году, с 1968 по 1971 было капитально отремонтировано. Мы звоним в тяжёлые бронированные двери. Телекамера «узнаёт» бывшего директора, двери открываются. Пока проверяют моё удостоверение личности, оглядываюсь. Первое впечатление: система безопасности, охраны и контроля послабее, чем в подобных заведениях в тех краях, откуда мы приехали.

Тюрьма эта мужская, сидят здесь преступники со сроком не более 3-х лет. Заключённых в ней всего 97, хотя предусмотрена она для 85 - приходится размещать по пять человек в камерах, рассчитанных на четырёх. Я вспоминаю перенаселённость «родных» камер, где осуждённые отдыхают по очереди - одна смена спит, две бодрствуют, - и понимаю, что всё, с чем я буду знакомиться в этих стенах, буду сравнивать с тем, что видел в тех. Один из сотрудников тюрьмы сопровождает нас и вместе с Винфридом рассказывает о тюремной жизни.

Подъём у здешних заключённых в 6.00, в выходные можно поспать на час дольше. Завтрак состоит из хлеба, маргарина, чая, сыра и повидла, по воскресеньям дают яйцо. К слову, я читал когда-то, что яиц здесь варится лишь для двух третей заключённых, так как не все они (зажрались, понимаешь!) к завтраку выходят. Правда, шеф-повар тюрьмы эту информацию не подтвердил.

Потом начинается работа. Занимаются зеки деревянными поделками, продающимися, как правило, к Рождеству. В одном цеху их вырезают, шлифуют, в другом - красят, лакируют. Трудятся заключённые с удовольствием: занятие интересное и время тянется не так уныло. Несколько человек работают на кухне. За свой труд здесь, как и на свободе, получают деньги - 8,50 евро в час. Одна треть заработка автоматически откладывается на послетюремное время.
Несложно подсчитать, что, отработав три года, на свободу можно выйти не только с чистой совестью, но и почти с 15000 евро, тоже чистыми. Беда в том, что безработица даёт себя знать и в неволе: трудится здесь только треть заключённых. Остальные получают карманные деньги - 1,46 евро в день. На табак и самое необходимое хватает. Худо другое -тот, кто не работает, потом, на свободе, первое время от социальных служб зависит. Но получает он после отсидки побольше нашего Hartz - IV: лишь бы не преступничал. Остальные, кто трудятся как все нормальные люди, получают после «увольнения» обычное пособие по безработице.
Все заключённые, с которыми я столкнулся во время экскурсии, были настороженно любезны. С одним из них - русским - немного поговорил. Он из-под Кёльна, сидеть ему осталось полтора года. Жалоб нет. Дружит с другими русскими, их здесь человек 8. Всего же иностранцев примерно 40%. Большинство заключённых (80%) совершили преступления на фоне употребления наркотиков.
Я спросил, конечно, у гида, какие проблемы возникают с «русскими» заключёнными? Он ответил, что они переносят свой «русский» опыт в здешние тюрьмы: сбиваются в стаи, среди них появляется обязательно «авторитет», подчиняются они силе и пытаются распространить эту психологию на других заключённых. Тюремные службы Германии знакомы и с таким понятием, как «obshchak», - попытки создания «общественной» кассы для поддержки уголовников и подкупа чиновников происходят и на чужбине.

А пока в тюрьме 12.45 - наступает обед. Вот его недельное перечисление, взятое наугад из годовой пачки меню. Понедельник: куриные окорока с рисом и соусом, салат. Вторник: жареная копчёная колбаса с овощами. Среда: рагу из индюшачьей печени с пюре и салатом из огурцов. Четверг: котлеты с вермишелью. Пятница: варёный картофель с филе форели. Суббота: суп из белокочанной капусты. Воскресенье: цыганский шницель с варёным картофелем и балканскими овощами. Каждый день заключённым дают молоко либо фрукты. Надо сказать, что шестеро заключённых придерживаются правил питания, предписанных исламом, - само собой, они получают необходимую пищу. Один заключённый - вегетарианец, и его убеждения и привычки не нарушаются. Надо ли говорить, что те, кто соблюдает диету, например диабетики, получают также необходимое питание - таких здесь сейчас трое.
- А кошерную пищу у вас получить можно? - спрашиваю невинно. Шеф-повар смотрит на меня удивлённо, хотя вижу, что ивритское слово понимает.
- Что, евреев у вас здесь не было?
- Ни одного за 8 лет, что я здесь работаю, не видел.
- Приятно слышать, - улыбаюсь я ему.

Мы выходим во внутренний двор. Группа заключённых под присмотром физрука играет в баскетбол - занятия спортом здесь обязательны. Каждый день полагается час прогулки на свежем воздухе. С заключёнными работают психолог, социальный работник, врач. Раз в неделю принимает дантист. Тюремная больница находится в другом городе.
 
А день меж тем катится к завершению - один из длинных дней в их бесконечной череде за решёткой. В 18 часов - ужин. Хлеб, маргарин, колбаса (сыр, творог, консервы), чай. После ужина можно посмотреть в камере или в «красном уголке» телевизор - Informationspflicht и взаперти имеет силу. (Кстати, освобождение от налога на телевизоры здесь действует точно так, как и на свободе: надо написать заявление в GEZ, представить справку о доходах.) Можно вечером также почитать газету или книгу (здесь есть небольшая библиотека, но, к слову, ни одной русской книжки в ней я не отыскал), а также поиграть в теннис, позаниматься на тренажёрах.

Каждый заключённый имеет право воспользоваться телефоном. Достаточно заявить об этом сотруднику, назвав, конечно, абонента и оплатив разговор.
Есть здесь магазин - на свои деньги можно купить ручку, бумагу, табачные и молочные изделия, овощи и даже кофе. Хотя почему «даже»? Это слово надо бы употребить к ещё более диковинному для тюрьмы товару - порножурналам, -даже их можно здесь купить. Цены на всё обычные, как на свободе. Каждый заключённый имеет в холодильнике свою ячейку.

Те, кто работает, могут принимать душ каждый день, остальные - два раза в неделю. Душевая система устроена таким образом, что после 8-ми минут вода отключается. Успевают. Душ здесь - огромная радость, ведь в остальных кранах течёт только холодная вода. Получить разрешение на пользование кипятильником непросто - надо очень хорошо себя зарекомендовать..

В 21 час - отбой. Ночью дежурят три охранника, днём их 13. Всего в тюрьме 33 сотрудника, из которых пять женщин. Для того, чтобы работать в пенитенциарном учреждении, надо два года обучаться, то есть пройти Ausbildung - постичь премудрости работы с заключёнными.
Kамеры достаточно уютны, если это подходящее слово: в одноместной (8кв.м), например, кровать, стол, телевизор, умывальник, туалет. Чтобы получить одиночку, надо записаться в очередь, то есть подождать, пока одна их них не освободится. Остальные камеры на 2-4 человека. Глазки во всех камерах заклеены жевательной резинкой. Изнутри. Видя мой недоумённый взгляд, сопровождающий пояснил, что они давно с этим не борются - нет необходимости: ведь понять заключённых можно - кому охота, чтобы за ним исподтишка наблюдали?
- А что вы делаете, если кто-то из подопечных взбунтуется? 
- А ничего, днём сами справляемся, а ночью полицию вызываем, - отвечает
сотрудник тюрьмы. И продолжает: - Но у нас конфликтов не бывает, ведь сроки отсидки здесь небольшие, зачем заключённым лишние проблемы?
- Есть среди них гомосексуалисты? -спрашиваю, памятуя о нравах «наших»
тюрем, где не опускают лишь того, кто готов кулаками бесстрашно отстаивать
свой пол.

- Не знаю, есть, наверное, - слышу ответ, - но они это не афишируют.
Между тем заключённые бесплатно могут получить презервативы (они разложены на видных местах), а поскольку с женщинами у них контакты не предусмотрены, значит, предназначены резиновые изделия для безопасного гомосексуального секса.
Тесно к этой теме примыкает употребление алкогольных напитков. Здесь они категорически запрещены. Правда, Винфрид уточняет, будто в Баварии заключённым к обеду полагается бутылка пива. Чудеса...

Предусмотрено обращение персонала к подопечным на «Вы», не обходится и без полагаемого «Herr». Если говорить ещё об уважении к личности, то перлюстрация писем запрещена. Главное - проверить, чтобы в отправление не были вложены деньги или наркотики. Поэтому присланный конверт вскрывается обязательно в присутствии заключённого, проверяется содержимое и письмо передаётся адресату.
Отпуск разрешается только тем, кому осталось сидеть менее 18 месяцев, ну и, конечно, надо иметь хорошие характеристики. Таких здесь всего человек 5-6. Длится отпуск 21 день, и дать его могут уже через 6 месяцев заключения. Остальные ждут посещений родных - они могут происходить 2 раза в месяц по полчаса. Встречи протекают в присутствии сотрудника учреждения. Причём контролировать он может заключённого и его посетителя только визуально, но не акустически. Его главная забота -чтобы не были переданы наркотики или деньги, а о чём они говорят, администрации не интересно. Ведь всегда известно, с кем имеешь дело, кому можно доверять, а с кем нужно держать ухо востро.

Перевоспитание здесь строится на доверии. Так, последние шесть месяцев заключения зекам разрешается покидать тюрьму для решения всех будущих проблем: стать на учёт в ведомство по труду, подыскать квартиру, сходить в Wohnungsamt и пр.

ДВЕРНОЙ ГЛАЗОК

 
В Германии 70 тысяч заключённых. Из них 1450 сидят пожизненно. Каждый обитатель тюрьмы обходится налогоплательщику примерно в 80 евро в день. Всего «стоят» они 1,8 млрд евро в год. 2500 граждан Германии сидят за границей.

Тюрьма эта достаточно надёжна -побегов за 100 лет было всего 4. Кстати, побег по местным законам не наказывается дополнительным сроком. Немецкий законодатель справедливо полагает, что стремление к свободе - это естественная потребность каждого человека, за которую наказывать глупо. Вот если побег спланирован и осуществлён группой заключённых (двое - это уже группа), то это наказуемо.
Была однажды здесь попытка взять заложника - злоумышленники прятали лезвие в зубной щётке. Но их выдал во время исповеди один из заключённых. Тайну исповеди священник посчитал менее важным делом, нежели тяжёлое преступление.

Церковные службы проходят здесь регулярно. Причём конфессии - католическая и евангелическая - сменяются еженедельно. Приходит и имам. Каждую неделю, так как его визиты происходят не по воскресеньям, а по пятницам, когда «красный уголок» свободен. Интересная деталь: некоторые мусульмане по воскресеньям с удовольствием посещают и христианские службы - Бог-то один, да и религии родственные, от одной материнской происходят - иудаизма.
Кроме религиозных воспитателей и психолога, есть в тюрьме и филиал Общества анонимных алкоголиков. Можно заочно заниматься в школе или университете, получить специальность - Ausbildung оплачивает Arbeitsagentur.

Естественно, я попросил показать мне карцер. Им оказалась комната примерно в пять квадратных метров. Доводилось видеть подобные «апартаменты» на нашей родине. Здесь же по сравнению с отечественными - рай: отопление в бетонном полу, унитаз, на ночь выдаётся мягкий матрас. Скучно, конечно, но не более - инвалидом стать невозможно, да и не на хлебе и воде сидишь.

Наш экскурсовод рассказывает, что года 4 назад сюда приехала делегация работников МВД из России. Гость - генерал - захотел осмотреть местные пенитенциарные заведения. В одной из камер сидели двое русских, которые, видать, в каждой стране облюбовывают подобные учреждения. Когда генерал вошёл в камеру, оба его узнали, хотя был он в гражданской одежде. «Хотите верьте, хотите нет, только эти русские срзу вскочили, вытянули руки по швам, и один из них с испугу описался, - сказал наш гид и добавил: — Хотел бы я посмотреть, как живут русские заключённые, если спустя столько лет они при виде начальника такой страх испытывают».

Может быть, когда-нибудь и увидит. Я ведь тоже не чаял немецкую посмотреть. Хорошо у них: чистота, покой, рыбки в бассейне плавают... У нас бы их и на свободе выловили и сожрали.
 
 
Лев ШВАРЦМАН

 
-.png   +.png

Main Menu
Aktuell
Wissen
Web
Kontakt
Evangeliumskirche Glaubensgeneration in Mission Gottesreich "Eine umfassende Übersicht über die Evangelikale Szene in Deutschland. Uneingeschränkt empfehlenswert!"

Image

Wir wehren uns gegen Judenmission

 

     
Juden & Jesus
                  
                                        
Antizionismus


Zionismus


© Dezember 2017 Maschiach.de // Roman Gorbachov // Blog // Umsetzung // Datenschutzerklärung // Impressum